Я видел на днях человека
Очень, очень больного.
На внутренней стороне вЕка
Остался след его молодого,
Но почерневшего изнутри тела.
Я ушёл в смятении и в кандалах
Отчуждённости. Стемнело.
А ночью то ли во снах,
А может скитаясь в астрале,
Я встретился с ним опять.
Болезнь на его одеяле
Очертила от плеч до пят
Изломанный силуэт,
Как в криминальном кино
Метят асфальт и паркет
По границе, где в них уходило тепло.
Не знаю, был ли он дорог мне?
Наверное был когда-то
И видимо был во сне,
Хоть я просыпался неоднократно.
И от этого горлo, как еж,
Рассаднила его душа,
Которую уже не спасёшь,
Потому что она ему не нужна.
Очень, очень больного.
На внутренней стороне вЕка
Остался след его молодого,
Но почерневшего изнутри тела.
Я ушёл в смятении и в кандалах
Отчуждённости. Стемнело.
А ночью то ли во снах,
А может скитаясь в астрале,
Я встретился с ним опять.
Болезнь на его одеяле
Очертила от плеч до пят
Изломанный силуэт,
Как в криминальном кино
Метят асфальт и паркет
По границе, где в них уходило тепло.
Не знаю, был ли он дорог мне?
Наверное был когда-то
И видимо был во сне,
Хоть я просыпался неоднократно.
И от этого горлo, как еж,
Рассаднила его душа,
Которую уже не спасёшь,
Потому что она ему не нужна.